Интервью. Лина Шуляр и Дмитрий Мироненко: «Татуировки — это часть нас»

Интервью. Лина Шуляр и Дмитрий Мироненко: «Татуировки — это часть нас»
Лина Шуляр и Дмитрий Мироненко / Фото: @lina.lcfr и @md_mi_tattoo

Ни для кого не секрет, что прекрасное тянется к прекрасному. И тату-сообщество отличная почва для создания не только профессиональных и дружеских, но и семейных союзов. Так случилось и с героями этого интервью. Семейный и творческий тандем талантливых мастеров, с такими разными стилями, но таким схожим взглядам как на тату-искусство, так и на индустрию татуировки в целом. Гости нашей рубрики — тату-пара Дмитрия Мироненко и Лины Шуляр.


Расскажите немного о себе, откуда вы? Как пришли к татуировке, чем занимались до нее?

Дима: Я из Санкт-Петербурга. До татуировки работал архитектором.
После окончания художки в Питере я не знал, куда дальше идти, но мой преподаватель посоветовала идти на архитектуру, потому что это универсальная профессия, и ты можешь делать, что угодно. И она была права, потому что это дало мне кучу полезных навыков, усидчивости и поставило мне руку. Я не остался в архитектуре, потому что привлекала ручная деятельность — чертежи и макеты. Все что я видел вокруг — это офис и чертежи в автокаде, и это было очень далеко от олдскульной творческой архитектуры, которая меня и привлекала. Татуировка — очень похожа на те знания которые мне давали — продумывание концепта и его воплощение.

Дмитрий, а как вы из архитектуры вы попали в тату? 

Дима: К татуировке я пришёл случайно. Я стоял перед выбором — идти в иллюстраторы или в татуировку. Почему-то выбрал татуировку, потому что показалось что в ней проще найти заказчика. Да и я не настолько усидчивый, чтобы рисовать постоянно, я пытался, но понял — это не мое. Татуировка это моя своеобразная интерпретация архитектуры.

Лина, расскажите о своём пути, как вы стали тату-мастером? 

Лина: Я родилась на Сахалине, прожила большую часть в Сочи, потом в Петербурге.  Насколько я помню, в 2010 году - я подбросила монетку с вопросом: «Делать ли мне татуировки?», и монетка «сказала» «ДА». Дело в том, что раньше я не воспринимала эту возможность всерьез как работу. Я и не подозревала, что «монетка» так удачно решит мою судьбу.  Наверное, это должно было случится, потому что меня всегда тянуло в эту сторону  —  я рисую всю жизнь, рисовала на папе с детства маркерами, сделала свою первую татуировку в 13 лет, на тот момент татуировка начала становиться популярной в России. И поэтому у меня возник вопрос - попробовать ли делать татуировки? Пазл сложился сам собой.

Расскажите про свой стиль, что вас вдохновляет?

Дмитрий: Изначально я выбрал точки, и первая моя татуировка была в точках. Мне очень понравилась эта техника и те возможности, которые она даёт в нанесении тату, и то как они сохраняются. Важно, что процесс нанесения менее травматичен. Я выбрал орнамент, потому что учился архитектуре — рука поставлена на чертежах, а ещё потому что я не люблю рисовать (смеется). 

Лина: Раньше я не понимала что творю, делая безумное количество цветных ярких татуировок, но после некоторых событий я полностью пересмотрела свои взгляды на жизнь. И полностью ушла в «чёрный» с головой. Меня  всегда вдохновляли мистика, женщины и японская культура. Так я объединяю то, что рисую сейчас.

Что для каждого из вас вообще означает это слово «татуировка»?

Дима: Татуировка это ритуал, украшение. Шанс дополнить, изменить тело. Это, по сути, бодимодификация не только тела, но и личности. Через боль приходят новые ощущения, возможность перезагрузится, развиться. 

Лина: Татуировка это событие в жизни человека. Это равноценно путешествию, празднику, и прочему значимому моменту. Для многих это спасение от рутины, шанс побывать в новой атмосфере и обменяться опытом. Это точно не просто рисунок.

Вы познакомились благодаря тату-деятельности? Расскажите, что общее увлечение и работа в тату-сфере значит для вашей семьи?

Дима: Да. Татуировки — это часть нашей жизни. Подсказываем друг другу, поддерживаем друг друга в работе, по жизни. Жена татуировщик - это очень удобно.

Лина: Да, мы работали в одной студии, когда я переехала в Спб. Мы не отделяем эти две стороны жизни, татуировки —  это часть нас. Мы очень разные, но именно через этот контраст мы и развиваемся.

У вас есть совместные работы? 

Лина: Да, каждый проект мы придумываем вместе, вне зависимости кто его делает. Все проекты которые мы делаем - все обсуждается на семейном совете, что кому как и куда. С клиентом мы общаемся вместе, вместе проводим время на сеансах. Коллаборации тоже бывают, особенно когда время ограничено и нужно выполнить проект в срок.

Как ваша семья и родители отнеслись к вашей любви к татуировкам?

Дима: В целом, нормально. Не было никакого негатива со стороны семьи. Даже отчиму делал татуировку!

Лина: Мои родители ругают меня до сих пор за все мои татуировки, но как к профессии относятся хорошо, с пониманием.

Где вы черпаете вдохновение для своих работ?

Дима: Мне нравится киберпанк, этнические татуировки, исторические и  традиционные сюжеты.

Лина: Сами люди вдохновляют своими идеями. А так в общем, очень вдохновляют женское тело, красота, мистика и мрак, японская культура и искусство.

У вас есть любимые работы или проекты, которыми вы гордитесь?

Дима: Каждый проект по-своему интересен. Столько людей я повидал в разных странах, что сама эта возможность делает процесс татуирования куда интереснее, чем просто проекты.

Лина: Я думаю, что все мои девочки, которых я рисую и воплощаю в жизнь - они особенные. Я закладываю много энергии в каждую из них, и получаю необыкновенную отдачу как от их обладателей, так и от публики. Я верю, что они волшебные.

Расскажите, с какой аудиторией вы работаете? Есть ли между ними что-то общее?

Лина: Безусловно, я замечаю тенденцию — если Дима делает татуировку клиенту, его вторая половинка непременно приходит ко мне. Прямо настоящие семейные татуировки. Часто на сеансах наши клиенты встречают своих друзей. Круг нашего общения становится общим, многие знакомятся благодаря нам.

Кого из современных, российских или зарубежных тату мастеров вы считаете достойными называться «лучшими» и на кого, может быть вы ориентируетесь в своем творчестве?

Лина: В творчестве ориентируюсь на зарубежных мастеров и коллег. Очень вдохновляет нетрадиционная японская татуировка и чернуха. Всегда буду благодарить Славу Филитова за душевный приём в своей студии. Люблю Сайко блэк как учителя и человека. И конечно же Тимофей Викторович (timvic_tattooer)  — он и брат, друг и бессмертный товарищ нашего тандема. Спасибо им большое!

Дима: Я смотрю на огромное количество мастеров, и в каждом творчестве мастера мне нравится только часть. Я не могу выделить лучшего, я вижу в общем всю картину. У всех есть свои сильные стороны. Как можно назвать кого-то лучшим в чем-то?

Вы состоите в каких-либо Pro Team? Как вообще относитесь к этой тенденции?

Лина: Я бы с большой любовью вступила в протим, где люди развивали бы друг друга, а не давали бы скидки на безделушки. К сожалению, в современном тату-обществе таких почти нет, либо я пока о них не знаю.

Дима: Нет, но если будет какое-то интересное предложение — я подумаю.

Проводили ли вы какие-либо персональные мероприятия, активности? (мастер-классы, арт-выставки и т.п.)

Дима и Лина: Из-за огромного количества путешествий у нас не остается времени на подобное. Но сейчас мы находимся в Нью-Йорке уже долгое время, и успели накопить некоторое количество работ на холстах, которое планируем выставить после нового года. Далее по приезду на родину — тоже будем выставляться и делать коллаборации с барами. Нам кажется, что наше творчество должно идти дальше татуировки, поэтому мы пробуем разное. 

Как думаете, с ростом популярности татуировки в целом, легко ли сейчас «выжить» мастеру-новичку?

Дима и Лина: Думаем, что да. Потому что техника шагнула вперёд: айпады, машинки, картриджы, куча информации. Никаких больше лайтбоксов — у тебя есть кисти с флешами. Обучение, куча видео уроков. Реклама где угодно! Новички легко выстреливают. То, на что раньше люди тратили годы — сейчас в доступе. Приходят более креативные люди в тату индустрию: дизайнеры, художники, иллюстраторы. Это влияет на развитие самой татуировки. Если ты талантливый — не важно новичок ты или нет. 

Вы много путешествуете по работе? Где уже удалось поработать и куда собираетесь в ближайшем будущем?

Дима: Да, много, в основном по Европе, США, были в Израиле. Я хочу поездить по аутентичным этническим местам татуировки, сейчас мне это интересно больше. Не просто везде успеть поработать, а поучиться другому, чтобы привнести культуру в татуировку. Не просто твой личный арт, а именно что-то более традиционное. 

Вы частые гости на международных конвенциях? В 2021 году планируете участие в какой-то из них?

Дима и Лина: Мы не сторонники конвенций старого формата, но некоторые мероприятия, вроде «Неконвенции», посещаем с удовольствием. В 2021 году будем участвовать в Московской конвенции, далее будем участвовать в Европе, интересно посмотреть на некоторых мастеров и показать себя, особенно сейчас, когда все могут опять позакрывать. 

Как считаете, чем тату-индустрия в России отличается от Западной?

Дима и Лина: Может быть, одно отличие — наше комьюнити. Оно формируется  сейчас, и как-то развивается. А вообще — все одинаково. У нас может нет таких качественных пигментов, как за рубежом.  А в целом, все тоже самое. Разные только подходы людей (клиентов)  к татуировке и их мотивация.

А в чем именно, как вам кажется, разница между зарубежной аудиторией и русской?

Лина: За рубежом клиенты дают очень много свободы в творчестве, приходят те, кто влюблён в то, что ты делаешь. То есть они более открыты к чему-то новому. Это развивает тебя как человека и мастера.

У нас же менталитет другой, более замкнутый. Люди приходят с чем-то максимально нейтральным и обычным. И когда ты объясняешь, что может быть круче и по-другому — у них открываются глаза, то есть здесь ты выступаешь как проводник в мир осознанной татуировки. Теперь ты развиваешь их, как мастер. 

Также хочу сказать, что в России люди, которые приходят на сеансы, они идут больше не за татуировкой, а поговорить, отвлечься, перезагрузится. Для американцев или европейцев это — праздник. Они приходят делать татуировки на свой день рождения, когда что-то важное произошло, и т.д. Для них это событие.

Дмитрий: Согласен. Татуировка это не что-то необходимое. Приходишь в татуировку, когда у тебя уже все есть, и хочешь познать что-то новое. Разница ещё в том, что за рубежом тату более доступно, люди более обеспеченные, поэтому и отношение другое.

Каким вы видите будущее мировой татуировки в ближайшие годы?

Дима: Развитие в плане технологий. Меньше пластика и больше органики, возможно. Мне наоборот сейчас нравится какие-то аутентичные вещи и тенденции, что были задолго до нашего социума. 

Лина: Уже идёт смена ценностей у общества, другие порядки в социуме. Думаю, будет другой подход в работе. Грядут перемены, и мы, татуировщики, очень зависимы от людей, и в наших интересах проявлять профессионализм в работе, как никогда. Много людей уйдут из профессии, просто не смогут пережить кризиса изменений.

Какие именно перемены в ценностях общества вы имеете ввиду?

Лина: Все следят за новостями, и все понимают, что как раньше — не будет.  Люди уходят в онлайн, становятся более избирательными. Связи, которые сохранились между людьми, играют колоссальную роль. Люди идут и обращаются к тем, кому доверяют. То есть, они стали более избирательны в татуировке, и это хорошо.

Какой совет новичкам вы можете дать?

Лина: Если вы слабы духом - смените профессию.

Дима: Общаться ! Обращаться к мастерам, которые нравятся и поддерживать контакты. Перенимать опыт, критично воспринимать свои работы. Татуировка не отличается от любых профессий, все были новичками. Все приходит со временем.

 

Комментарии ()